Рассмотрим подход к «игротерапии» в русской деревне 16-19 веков. Ребенок до семи лет в русской деревне не воспитывался в современном понимании этого слова. Крестьяне были убеждены, что ребенок еще находится в стадии младенчества, а посему существо еще глупое, неразумное. Взрослым не приходило в голову учить семилетнего ребенка азам крестьянского труда — уходу за животными, земледелию, охоте, шитью, пряже или выпечке хлебов. Однако, это не означало, что родителями совсем не прилагалось никаких усилий чтобы вырастить своего малыша достойным, трудолюбивым крестьянином или ремесленником, или расторопной и всеми уважаемой хозяйкой домашнего очага.
Крестьяне ненавязчиво приучали ребенка к мысли о том, что ему в жизни придется много трудиться, и что труд может приносить радость и удовольствие.
Этот основной ценностный постулат крестьянской жизни закладывался в душу ребенка через своеобразную игру «в труд». Игру, которая сопровождала жизнь крестьянской семьи буквально на каждом шагу.
Малыш двух—четырех лет видит вернувшегося с работы отца, слушает его рассказы, и у него, естественно, возникает желание стать таким же ловким и смелым, удачливым охотником, как и отец. И поэтому сын с отцом вместе отправлялись на огород, чтобы где-нибудь в зарослях травы поставить простейший силок, в который, по уверению отца, обязательно попадется перепелка, необходимо только немного подождать. Малыш отправляется домой или играть с детворой, а взрослые подкладывают в ловушку пойманную накануне отцом птицу. Через некоторое время напоминают малышу, что необходимо время от времени следить за силком. Ребенок бежит в огород и... радостно приносит в дом свою первую добычу. Ликует малыш и ликуют взрослые, хвалят его за ловкость, терпение, удачливость. Мать целует его, называет своим «промышленником, кормильцем, удачливым охотником».
Иногда ребенок обрывками сети в глубокой луже пытался поймать рыбу, и надежды его всегда оправдывались. В его садок всегда попадала рыба из садка отца. Заметьте, что ни один взрослый не осмеивал действия малыша, не уверял его в бессмысленности данного предприятия, а всячески помогал осуществлению ребячьих замыслов. Если мать замечала, что дочка заигралась с куклами, то всегда напоминала ей о том, что куклу надобно накормить, сварив ей обед, а то она останется голодной. Никогда не забывала мать похвалить свою ненаглядную дочурку за приготовленный для кукол обед или сшитую рубашку.
Не правда ли, как успешно формируется и развивается САМОСТЬ в этих неприхотливых крестьянских семейных играх в «труд». И не за горами то время, когда неразумное дитя перейдет из младенческого возраста в отрочество, которое начиналось по мнению русских людей с 7-8 летнего возраста и продолжалось до 15-летия. А уж в это время: «Сумел дитя родить, сумей и научить!» — гласит народная мудрость.
А пока все время дитяти отдано играм. В подвижные, игры-забавы, игры-страшилки и потешки играли с малышней на деревенских улицах и дворах пестуньи. Пестуньями называли девочек постарше, которые с удовольствием в свое свободное время возились с малышней. Разные это были игры: веселые и забавные, несущие в себе некие традиции и обряды, элементы драматизации преданий и народных сказок. Но самое главное, что заботясь о том, чтобы жизнь ребенка была благополучной, чтобы он находился в согласии с самим собой, ближними и дальними людьми, крестьяне стремились привить своим детям желание проявлять доброту к людям. «Добро творить — себя веселить». Особенно старались удержать ребенка от мстительности, ибо держать долго зло на другого человека — тяжкий грех. Оказывается очень важно либо простить обиду, либо ответить на нее, не откладывая на долгий срок, словом или кулаком. Видимо поэтому в культуру народных праздников входят и частушки, порой такие едкие, и кулачные бои, а зачастую и деревенские драки, после которых обязательно была мировая!
Не правда ли, в неприхотливом быте русских крестьян, в играх детей заметны элементы известных нам направлений игротерапии? Это и терапия отреагирования, и терапия отношений, и недирективная терапия, центрированная на ребенке.
Особенностью русской игротерапии (позвольте так называть это явление народной жизни) всегда была, есть и будет тесная связь с реальностью, бытом, устоями, истинными ценностями, культивируемыми русским народом.
Таким образом, дорогие соотечественники, наша форма игротерапии уходит корнями в глубь веков, имеет традицию. И, быть может, пройдет немного времени, и русские игротерапевты будут помогать семьям воспитывать гармоничных детей, следуя русской традиции.
